Исторические баллады А.К. Толстого

Значительное место в поэтическом наследии А.К. Толстого занимают исторические баллады и былины. Причины, которые заставили поэта обратиться к историческим темам, многогранны. В юные годы Толстой работал в архивах Москвы и познакомился с реальными, живыми документами исторического прошлого России. Кроме того, новый подъем интереса к истории России характерен эпохе (предреформенной и пореформенной) второй половины XIX в. Западники и славянофилы, демократы и почвенники по-своему рассматривали вопросы исторической судьбы России, но интерес к истории отечества был присущ практически всем.

Исторические взгляды А.К. Толстого были независимы от политических и литературных партий, своеобразная концепция русской истории начала складываться в мировоззрении поэта в 1840-х — начале 1850-х годов. «...Многое доброе и злое, что как загадочное явление существует поныне в русской жизни, таит свои корни в глубоких и темных недрах минувшего», — считал Толстой. Исторические воззрения, выраженные А.К. Толстым как в балладах, так и в прозе (роман «Князь Серебряный») и в драматической трилогии, определяются во многом эмоциональным отношением писателя к условно называемым киевскому и московскому периодам русской истории.

Поэт идеализирует домонгольский период истории Отечества, видит в нем выражение доблести народа, проявление нравственной свободы, демократического, справедливого государственного устройства. Древняя Русь домонгольского периода предстает в балладах А.К. Толстого как европейская держава, тесно связанная и находящаяся в родстве с многими европейскими государствами («Песнь о Гаральде и Ярославне»). Вл. Соловьев отмечал, что А.К. Толстой «...славил, в прозе и стихах, свой идеал истинно русской, европейской и христианской монархии и громил ненавистный ему кошмар азиатского деспотизма».

«Азиатский деспотизм» нашел, с точки зрения А.К. Толстого, наиболее яркое воплощение в так называемый «московский период» русской истории. «Ненависть моя к Московскому периоду — некая идиосинкразия, и мне вовсе не требуется принимать какую-то позу, чтобы говорить о нем то, что я говорю. Это не какая-нибудь тенденция, это — я сам».

Первые баллады Толстого появляются в 1840-е годы. Самые ранние из них — «Курган», «Князь Ростислав». В балладе «Курган» нарисован романтически условный образ русского богатыря древнейших времен, о котором сохранились лишь смутная молва и легенды. Однако для поэта «ничто на свете не пропадает, и каждое дело, и каждое слово, и каждая мысль вырастает, как дерево ... и многое доброе и злое ... таит в себе корни в глубоких и темных недрах минувшего». В другой балладе поэт обращается к судьбе князя Ростислава[53], но его интересуют не исторические подробности, а трагическая судьба героя.

В первых балладах А.К. Толстого сильно влияние баллад Лермонтова. Мотивы «Воздушного корабля» можно отметить в балладе «Курган», мотивы «Русалки» — в балладе «Князь Ростислав».

Самой значительной из ранних баллад А.К. Толстого является «Василий Шибанов», в которой поэт впервые обращается к наиболее волновавшей его исторической эпохе — эпохе Ивана Грозного. На эту тему затем появятся баллада «Князь Михайло Репнин», роман «Князь Серебряный», трагедия «Смерть Ивана Грозного». Эпоха Грозного поразила Толстого своей трагичностью и сложностью. «При чтении источников, — отмечал писатель, — книга не раз у меня из рук и я бросал перо в негодовании не столько от мысли, что мог существовать Иоанн IV, сколько от той, что могло существовать такое общество, которое смотрело на него без негодования». Поиск положительных героев, которые могли противостоять деспотизму Грозного, привел А.К. Толстого к созданию таких характеров, как Василий Шибанов и князь Михайло Репнин. Баллада «Василий Шибанов» основана на фактах, отмеченных в «Истории государства Российского» Н.М. Карамзина: бегство А. Курбского в Вельмар, письмо Курбского к Грозному, эпизод вручения письма Курбского Шибановым, мужественная смерть Шибанова. А.К. Толстой был поражен мужеством «раба» Шибанова и представил его в балладе как выразителя народной правды, идеального героя. В это время создается и баллада «Князь Михайло Репнин», в которой также нарисован облик мужественного, честного героя. Если Шибанов — «раб», то Репнин — аристократ, но оба они противостоят деспотизму царя и опричнине.

В балладах, как часто и в других исторических жанрах, А.К. Толстой, подчиняясь художественным задачам, нарушает ряд исторических фактов. Например, в балладе «Князь Михайло Репнин» он переносит сцену убийства Репнина из церкви в царские палаты, убийство совершено не опричником, а самим царем.

Во второй половине 1860-х — начале 1870-х годов появляются новые баллады на героические сюжеты из истории Новгородской и Киевской Руси. В 1867 г. поэт написал балладу, по его собственному признанию, «лучшую из своих исторических баллад» — «Змей Тугарин». Действие баллады происходит во время киевского князя Владимира. Змей Тугарин, принявший облик поэта, пророчит страшную судьбу Руси:

Но дни, погодите, иные придут,

И честь, государи, заменит вам кнут...

А вече — каганская воля!

...И вот, наглотавшись татарщины всласть,

Вы Русью ее назовете!

Владимир и его богатыри не верят в предсказания змея, но, с позиции А.К. Толстого, все пророчества сбылись в будущем, «...во всей этой пьесе сквозит современность, — отмечал автор — а потому я позволю себе не быть строгим историком и археологом».

А.К. Толстой написал ряд баллад, названия которых соответствовали названиям русских былин: «Илья Муромец», «Садко» и др. Эти произведения, особенно баллада «Илья Муромец» , имели широкий резонанс в публике. Так, Н.С. Лесков, создавая образ Ивана Флягина из повести «Очарованный странник» , отмечает, что его герой напоминает Илью Муромца с картины Верещагина и из баллады А.К. Толстого.