Лирика 1809–1811 годов

К лирическим произведениям этого времени относятся такие значительные стихотворения, как «Тибуллова элегия III», «Послание г. Велегурскому», «Пафоса бог, Эрот прекрасный…», «Ложный страх. Подражание Парни», «Мадагаскарская песня», «Любовь в челноке», «Элизий», «Надпись на гробе пастушки», «Счастливец», «Радость», «Рыдайте, амуры и нежные грации…», «На смерть Лауры», «Вечер», «Веселый час», «Тибуллова элегия Х», «Привидение», «Источник», «К Петину», «Дружество». Завершается этот период знаменитым стихотворением «Мои пенаты. Послание к Жуковскому и Вяземскому». Большинство произведений – элегии и послания.

Во всей лирике этой поры («Ложный страх», «Мадагаскарская песня», «Элизий» и др.) возникает образ чувственной юности, бурно проявляющей страсть, которая овладевает любящими людьми. Но эта страсть не бездумное и слепое торжество природы. Она изящна, грациозна, умна. Батюшков возвышает и облагораживает ее, сообщая ей исключительную духовную содержательность.

Вот он описывает ночное свидание («Ложный страх») и победу взаимного влечения над стыдливостью. Перед читателем проходит маленькая сценка, полная движения, переживания быстрого сменяются, но в них и в самой их смене ощутимы конкретность и психологическая правда. При этом чувства героев совсем не идеальные и мечтательные, а живые и земные. Естественность душевных движений передается в зримых и понимаемых сердцем образах – «дрожащая рука», «к груди… прижалась, Чуть дыша…». В любовную игру втянуты античные боги и мифологические персонажи – Гименей, амуры, Морфей. Радость любви передана зримыми приметами («бесценны слезы», «улыбка на устах», «персей волнованье»).

На чувственность Батюшков опускает покров целомудренности. Слова разговорного литературного языка он включает в такие сочетания, которые придают страсти украшающий и духовный характер. С этой целью он использует торжественную книжность славянизмов. Вместо «груди» он употребляет книжный эквивалент – «перси», вводит высокое слово «волнованье».

Наслаждение любовью во многих стихотворениях преобразуется в наслаждение жизнью и естественными радостями. Батюшков славит молодость, здоровье, богатства человеческой души. Любовь делает человека не только счастливым, но и цельным существом, живущим в согласии с природой и другими людьми. В стихотворении «Радость» юноша, услышавший от любимой заветное слово «Люблю!», хочет рассказать об этом всем, чтобы радость вселилась и в другие сердца. Даже природа благосклонно отзывается на разделенное чувство и ликует.

В «Источнике», одном из лучших стихотворений, любовное чувство постепенно оживает, становится все более властным, захватывающим и наконец торжествует победу. Батюшков отказывается от обнаженной передачи страсти: о ней говорят природа и черты Зафны, возлюбленной героя. В знаменитой «Вакханке», написанной позже и являющейся переложением эпизода из поэмы Парни[41] «Переодевания Венеры», Батюшков погружает героев в атмосферу языческой страсти, избегания орнаментальности и аллегоричности оригинала.